Брал кредиты на нужды семьи, а супруга с детьми ушла

Частное делимое

Брал кредиты на нужды семьи, а супруга с детьми ушла

Российский Верховный суд постепенно меняет правила раздела квартир и долгов между супругами, отделяя личные ценности от семейных. Квартира, купленная в период брака, уже не всегда делится пополам, а возвращать долги требуется из собственного кармана. Суды адаптируют старое законодательство, в то время как стратегии развития семейного права в России нет.

Ольга Плешанова, руководитель аналитической службы юридической фирмы “Инфралекс”

Семейное не значит общее

Стотысячные доли в квартире — это не вымысел и не описание “резиновой квартиры”. Они фигурируют в прошлогоднем решении Верховного суда РФ (ВС) о разделе квартиры экс-супругами Овчинниковыми из Новосибирска.

Квартиру, купленную в период брака, супруга требовала разделить пополам, но супруг посчитал, что 94,41% стоимости он заплатил из собственных средств, вырученных от продажи квартиры, принадлежавшей ему до брака. Доплата из семейного бюджета составила 5,59%.

Эти 5,59% и были разделены пополам — по 2795/100000 долей в праве общей собственности на квартиру каждому из супругов. Остальные 94410/100000 долей достались супругу.

В конце апреля ВС высказал в обзоре практики N2 за 2017 год общую позицию: “На имущество, приобретенное в период брака, но на средства, принадлежавшие одному из супругов лично, режим общей совместной собственности не распространяется”.

Примером было выбрано другое прошлогоднее дело, в котором квартиру разделили между супругами из Екатеринбурга в соотношении 14/15 к 1/15. За квартиру стоимостью 1,995 млн руб. супруга заплатила 1,750 млн руб.

— эти деньги подарила ей мать, продавшая свою квартиру.

Такие дела в практике ВС не редкость: в июле 2016 года в деле супругов Черниковых из Новосибирска ВС оставил супруге квартиру, купленную в период брака по договору долевого участия в строительстве.

Покупку полностью оплатила супруга, продавшая после вступления в брак собственную квартиру.

ВС отменил ошибочное решение Новосибирского облсуда, который разделил новую квартиру между супругами пополам “с учетом презумпции режима общей совместной собственности супругов”.

Отказ делить имущество супругов поровну затронул и долги по кредитам.

Переломным стало дело, вошедшее в обзор практики ВС от 13 апреля прошлого года. ВС сказал, что долг, возникший у одного из супругов, может быть признан общим только при условии, что все заемные средства были использованы на нужды семьи. Доказать это должен тот, кто претендует на распределение долга между супругами.

Дело, ставшее примером, тянулось с 2012 года и касалось крупной суммы денег, взятой столичным жителем в долг на покупку недвижимости в Андорре. Гражданин, давший деньги взаймы, требовал их возврата заемщиком и его супругой солидарно.

Московские суды иск удовлетворили, признав долг общим, но ВС в 2015 году потребовал дело пересмотреть.

ВС исходил из того, что Семейный кодекс допускает существование у каждого из супругов собственных обязательств, согласие другого супруга на возникновение долга должно быть дано специально, а расходование заемных средств на семейные нужды надо доказывать. В данном деле таких доказательств не оказалось.

Согласие жены тоже не гарантирует, что с нее можно будет взыскать часть долгов мужа. В конце апреля Заельцовский районный суд Новосибирска, основываясь на практике ВС, отклонил иск экс-супруга к бывшей жене о взыскании половины суммы, выплаченной по кредиту Сбербанка.

Кредит был получен в период брака, согласие супруги не оспаривалось, однако выяснилось, что к тому моменту фактические брачные отношения прекратились, и супруга успела подать на развод. Свой кредит супруг погашал как в период, пока длился развод, так и после расторжения брака.

Суд отметил, что “факт приобретения займа в период брака одним из супругов не является доказательством того, что данные кредитные средства были потрачены на нужды семьи”.

В ситуациях, когда один из супругов брал кредит до вступления в брак, а потом погашал его из семейного бюджета, суды пошли еще дальше. Они стали взыскивать часть выплат в пользу другого супруга — например, обязывать бывшего мужа выплатить бывшей жене половину суммы, израсходованной из семейного бюджета на выплаты по своему кредиту.

Нашумевшим стало решение Верховного суда Татарстана, вынесенное в августе прошлого года. Суд взыскал в пользу супруги половину суммы выплат по кредиту, признав, что при его погашении супруг израсходовал часть общего имущества на личные нужды. До вступления в брак супруг взял кредит на десять лет на покупку квартиры.

Несколько лет в период брака этот кредит погашался из семейного бюджета, после развода квартира досталась супругу — она была его собственностью и в общее имущество не входила. Супруга подсчитала сумму, выплаченную по кредиту за период совместного проживания (получилось 368,5 тыс. руб.

), потребовала разделить эту сумму пополам и разделить как общее имущество супругов, взыскав половину с бывшего мужа. Экс-супруг в суде не смог доказать, что погашал свой кредит из личных, а не из общих семейных средств.

Аналогичное решение принял в августе прошлого года Омский облсуд: он также согласился взыскать в пользу экс-супруги половину суммы, уплаченной в период брака в счет погашения добрачного кредита мужа.

Суд отклонил доводы экс-супруга о том, что кредит он погашал из личных средств, поскольку жена находилась дома с ребенком и получала только пособие. Суд сослался на ст.

 34 Семейного кодекса, предусматривающую право на общее имущество того супруга, который в период брака не имел дохода, а вел домашнее хозяйство, ухаживал за детьми.

Как суд решит

В решениях о разделе квартир и долгов суды используют три основных подхода: имущество, приобретенное во время брака на личные средства одного из супругов, общим имуществом не является; долги признаются общими, только если они возникли в интересах семьи; согласие одного супруга на получение кредита другим супругом не презюмируется и должно быть дано специально. Суды адаптировали заметно устаревшее законодательство: Семейный кодекс был принят в 1995 году. Действует также постановление пленума ВС от 5 ноября 1998 года N15 “О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака”. Другого постановления по этим вопросам нет, как нет и стратегии развития семейного законодательства в России.

Суды ищут подходы буквально на ощупь, вынося спорные и подчас экзотические решения.

Например, в отношении граждан, выступивших поручителями по долгам своих фирм. Раньше такие дела рассматривали арбитражные суды, но после упразднения Высшего арбитражного суда в 2014 году стали рассматривать суды общей юрисдикции. Сложное дело дошло в конце прошлого года до ВС.

Гражданин Романов выступил перед Судостроительным банком (сейчас — банкрот) поручителем по кредиту фирме “Росагропром” на 75 млн руб. Договор поручительства был подписан, но с условием, что в силу он вступит только после получения нотариального согласия супруги поручителя Романова.

Согласия не последовало, и гражданин Романов в ответ на требование банка вернуть долги подал встречный иск о признании договора поручительства незаключенным.

Вначале районный суд в Самаре признал договор поручительства незаключенным, затем Самарский облсуд (апелляционная инстанция) все-таки признал договор действующим, но деньги с поручителя не взыскал — надо ждать согласия супруги. ВС оба решения отменил, указав, что личное поручительство вообще не является “сделкой по распоряжению общим имуществом супругов” и не требует нотариального согласия супруги поручителя.

В споре о продаже семейной недвижимости ВС, напротив, придал согласию супруги решающее значение. В сентябре прошлого года ВС рассмотрел дело, в котором супруг втайне от супруги и взрослых детей продал дом с земельным участком в Краснодарском крае.

Участок был предоставлен супругу в период брака, семья построила дом, право собственности на который зарегистрировали за супругом. Супруга, узнав о продаже, оспорила сделку и потребовала признать за ней половину в праве собственности на дом с участком.

Суды мучительно выбирали между нарушенными правами супруги по Семейному кодексу и добросовестностью покупательницы дома, защищаемой Гражданским кодексом.

Знать о незаконности сделки покупательница не могла: в паспорте продавца отсутствовали сведения о регистрации брака, кроме того, продавец представил нотариально удостоверенное заявление об отсутствии супруги и возможных притязаний на дом. Деньги, вырученные от продажи дома, продавец потратил, возвращать было нечего. Выбор сделал ВС: он признал безусловный приоритет п. 3 ст.

 35 Семейного кодекса, требующего для продажи недвижимости нотариально удостоверенного согласия другого супруга. Отсутствие такого согласия позволяет оспаривать сделку, невзирая на добросовестность приобретателя имущества. Иск был удовлетворен.

Спрятаться от кредиторов

Семейное законодательство зачастую бессильно перед современными проблемами и новыми явлениями в праве — развитием принципа добросовестности, банкротством физических лиц, ситуациями, связанными с уголовным преследованием.

Например, в ходе многолетней тяжбы по поводу ввоза в Россию гражданином Германии Александром Певзнером картины Карла Брюллова “Христос во гробе”, конфискованной как “орудие преступления” (контрабанды), ВС и Генпрокуратура РФ старательно обходили вопрос о праве собственности на картину.

Это, несмотря на заявления о том, что картина не принадлежит целиком Александру Певзнеру, в отношении которого возбуждалось уголовное дело, а должна считаться общим имуществом супругов Певзнер (супруга, непричастная к уголовному разбирательству, претендует на половину).

Конституционный суд РФ (КС) 7 марта нынешнего года постановил пересмотреть дело о конфискации картины, однако вопрос о правах супругов тоже не затрагивался.

В середине 1990-х годов Семейный кодекс считался очень прогрессивным: он позволил супругам договариваться по различным имущественным вопросам, заключать брачные договоры, соглашения о разделе имущества при разводе, соглашения об уплате алиментов. Все это позволяет супругам менять режим общего имущества, предусмотренный Семейным кодексом.

Свобода, впрочем, оказалась не полной: брачные договоры могут споткнуться о права кредиторов, а соглашения, заключенные в канун банкротства гражданина, рискуют оказаться недействительными.

Вопрос о брачном договоре КС рассмотрел еще в мае 2010 года — супруги Марина и Сергей Козловы оспаривали п. 1 ст. 46 Семейного кодекса, требующий уведомлять кредиторов о заключении, изменении либо расторжении брачного договора.

Отсутствие уведомления позволяет кредитору задолжавшего супруга не учитывать содержание брачного договора и обратить взыскание на половину общего имущества, причитающуюся этому супругу по закону.

В деле Козловых так и произошло: муж не уведомил своего кредитора о том, что квартира по брачному договору принадлежит жене, и московские суды удовлетворили иск кредитора, признав, что половина квартиры принадлежит мужу и на нее можно обратить взыскание. Жалобу на неконституционность п. 1 ст.

 46 Семейного кодекса, примененного судами, КС не принял к рассмотрению, но правовую позицию определил. КС отметил, что оспариваемая статья защищает кредиторов от недобросовестного поведения должников, которые с помощью брачного договора могут уводить имущество от взыскания.

На защиту кредиторов отчасти направлена и позиция ВС по курьезному делу, решенному в декабре прошлого года.

ВС признал недействительным брачный договор, который полностью лишал супруга прав на имущество, нажитое в браке, если супруг допустит измену либо станет инициатором развода.

ВС сослался на нормы Семейного кодекса, запрещающие ставить одного из супругов в “крайне неблагоприятное положение”. Очевидно, впрочем, что брачный договор, дискриминирующий одного из супругов, может ударить и по его кредиторам.

Риск признания договоров недействительными значительно возрастает при объявления гражданина банкротом — в этом случае интересы кредиторов играют решающую роль.

Закон о банкротстве позволяет оспаривать любые сделки, заключенные гражданином накануне банкротства, если они являются подозрительными либо создают предпочтение отдельным кредиторам (“сделки с предпочтением”).

Никаких исключений для сделок в семейной сфере не сделано: оспариваться могут и брачные договоры, и соглашения о разделе имущества, и соглашения об уплате алиментов. Подозрительной может считаться сделка, условия которой явно невыгодны гражданину-должнику.

Брачный договор, передающий все семейные ценности другому супругу, может служить здесь ярким примером. Такой договор можно будет оспорить, если он заключен в течение года до принятия судом заявления о банкротстве гражданина. Если же такой договор был заключен с целью причинить вред кредиторам, то “период подозрительности” составит уже три года до указанной даты.

Под “сделки с предпочтением” может подпасть соглашение об уплате алиментов, заключенное за месяц или даже за полгода до принятия судом заявления о банкротстве плательщика алиментов.

В последнем случае, правда, придется доказать, что в момент заключения соглашения уже было известно о финансовых проблемах плательщика.

Но доказать это не составит труда, если сведения о долгах обнаружатся в общедоступной базе Федеральной службы судебных приставов.

Рано или поздно семейному законодательству придется найти ответы на вызовы времени и баланс с другими законами.

Возможно, изменений потребует роль нотариусов, удостоверяющих сделки по поводу семейного имущества,— сейчас нотариальное оформление брачного договора или соглашения об уплате алиментов не защищает от оспаривания.

А пока суды, опираясь на законодательство 1990-х годов, пытаются найти решения наиболее актуальных проблем.

Источник: https://www.kommersant.ru/doc/3304361

Казахстанцы женятся и разводятся из-за ерунды – юрист

Брал кредиты на нужды семьи, а супруга с детьми ушла
— Было много примеров, когда умирал заемщик по ипотеке, а долги вешали даже на малолетних детей.

— Это нормальная практика, потому что ипотечные займы в большинстве случаев оформляются в период браков, и соответственно, когда банки оформляют документы, они берут согласие второго супруга на получение займа, залог этого имущества, на судебную реализацию и все остальное. То есть все делается с согласия второго супруга.

А с 2012 года ипотека оформляется на обоих супругов. Долю там не определяют, но записывают жилье как совместное имущество. В таких случаях несут ответственность и наследники. Но такая ответственность ограничена стоимостью наследства.

— А если супруги развелись, один из них ушел, оставив и недвижимость, и ипотечный долг? Доход оставшегося стал в два раза меньше, платить заем он уже не может.

— Это классический вариант, но этого совершенно не стоит бояться. При разделе имущества можно разделить и долги. Это прямо предусмотрено законодательством.

Сохранить имущество при конфискации

— Когда возбуждают уголовное дело в отношении одного из супругов, по ряду статей Уголовного кодекса это может привести к конфискации имущества. Люди начинают думать, каким образом его сохранить.

Кто-то обращается к брачному договору, кто-то через суд отстаивает свою долю. Но брачный контракт можно оспорить, если потребуют признать его частично или целиком недействительным.

А когда есть решение суда, практически невозможно что-то изменить, даже если действительно были нарушены права третьих лиц – кредиторов.

В качестве примера приведу громкий судебный процесс, когда суд конфисковал все имущество бизнесмена. Однако впоследствии апелляционный суд отменил решение в части имущества, перешедшего супруге. То есть если не было доказано, что это имущество было получено преступным путем, оно должно быть признано общим. А доли этого имущества, соответственно, делятся пополам.

Как развестись с уголовником?

— Как часто причиной развода становится приговор в отношении одного из супругов?

— Если человек совершает преступление и его лишают свободы, это уже изначально сигнал к тому, что сохранение семьи у человека под вопросом. А если преступления особенно тяжкие, за которые следует наказание более 10 лет лишения свободы… Сложно ждать, что второй супруг выдержит столь долгую разлуку.

Если брак с осужденным расторгается ради безоблачной биографии второго супруга или детей, то это пустая трата времени. Ведь биографию нельзя изменить, как и отца детям. Если конечно их не усыновит какой-то другой мужчина.

И тем не менее, судимость – не причина оградить общение детей с судимым родителем. Многие люди были осуждены по экономическим преступлениям.

Чем они могут негативно повлиять на детей? Даже если отец или мать осуждены по особо тяжким статьям против личности, то не все преступники могут быть таковыми в отношении своих детей. Даже убийцы или насильники.

— Как развестись с осужденным супругом?

— Если срок его наказания превышает 3 года лишения свободы, то достаточно обратиться в ЗАГС и приложить к заявлению приговор суда.

Молодуха в 72 года

— Есть в психологии понятие «утрата чувства любви». Как многие химики доказали, влюбленность – это процесс химический и длится около трех лет. В любом случае, крайне мало людей, по моему скромному мнению, которые, дожив до золотой свадьбы, могут сказать, что они любят друг друга. Наверное, это больше привычка, желание видеть этого человека рядом.

У меня в практике

был случай, когда после золотой свадьбы супруги развелись. Инициатор развода, 87-летний дедушка, мне тогда сказал: «Я нашёл себе молодуху»

А молодухе на тот момент 72 года было. Вот такую молодуху он себе нашел.

Бесплодие и «чайлдфри»

— Много случаев разводов из-за невозможности иметь детей. Я таким парам советую подумать об усыновлении, но чаще они все-таки желают растить своих детей. Нередки ситуации, когда один из супругов узнает о своем бесплодии спустя 5-6 лет относительно счастливого брака. И даже не пытаются решить проблему путем ЭКО, а сразу бегут подавать на развод. У таких отношений нет будущего.

Не стоит тратить время на личности, поддерживающих движение «чайлдфри», которые будут жить только ради себя

и никогда не станут тратить время на детей. И не потому что не могут, а потому что просто не хотят. Они так и говорят: «Я не хочу иметь детей. Хочу жить для себя. Да и зачем мне это надо?».

Семейные тунеядцы

— Очень часто причиной развода является безответственное отношение супругов к семейным обязанностям. Это чаще мужики. Ну как мужики,

молодые парни-мужья, которые предпочитают заниматься «ничегонеделанием», многие из них не работают, но постоянно уезжают «по делам»

Отношение к семье у них не меняется, даже если рождаются дети. Своеобразные семейные тунеядцы, считающие любое занятие по дому женской обязанностью. Ну а женщинам приходится брать на себя все дела по дому.

Таких часто можно встретить в спортклубах, ресторанах в компании с друзьями, за игрой на бильярде. При этом

в современных религиозных браках, я имею в виду мусульман, женщины оказываются более терпимы к таким вещам

Но это только потому, что у них изначально такое воспитание и установка «терпеть». Но и светские люди бывают со своими тараканами. Кстати, и женщины тоже.

Вместо того чтобы заниматься своей семьей, своим мужем, они предпочитают строить карьеру. А потом, дожив до 40-45 лет и имея определенный материальный достаток, они остаются ни с чем.

И часты случаи, когда они находят себе молодых любовников, которых берут на содержание. Вот вам «токалки», только наоборот.

Развелся, потому что не высыпался из-за ребенка

— Проблема в том, что на определенный период женщина выпадает из жизни, особенно половой. Во время беременности идут физиологические изменения, за которыми следует послеродовая депрессия. То есть женщины, еще гормонально не придя в себя, могут быть неадекватными.

Но это проблема в психологии, а не в том, что женщина перестала любить своего супруга. Я как отец прекрасно понимаю, что женщине нужно в момент начавшегося материнства – душевный покой, материальное обеспечение и возможность выспаться.

А у мужчин в большинстве случаев – это желание интимных отношений, которое многие ставят во главу семейных отношений.

Так молодые мамы получают еще одного «ребенка» в виде собственного мужа

Часто капризного, с завышенным самомнением и запросами, но при этом нежелающего иметь обязанности в семье. Все это связано с низким духовным и социальным развитием молодых людей.

Одна молодая пара рассталась как раз по этой причине. Молодые поженились и несколько лет счастливо жили в браке. Он хорошо зарабатывал, а она родила ребенка. И через 2 месяца он выставил супругу с ребенком за дверь с формулировкой: «Я не могу с вами жить. Вы мешаете мне жить. И вообще я не могу выспаться».

По идее, молодые семьи нужно учить навыкам семейной жизни, послеродовой, воспитанию детей, но кто будет этим заниматься? Лично я не знаю.

И в заключении скажу, что этот список причин далеко не полный. Масса людей находит и другие причины для разводов, которые считают существенными в семье. Но часто они ошибочны. И ошибки эти кроются в семьях, в которых они сами выросли. Супруги начинают переносить этот «опыт» на свои семьи, что приводит к плачевным результатам – больше чем половина браков распадается.

Измена — не повод для развода! Есть причины покруче

Источник: https://365info.kz/2016/12/kadyrov-2

Совместный долг бывших супругов

Брал кредиты на нужды семьи, а супруга с детьми ушла

По данным Банка России, в 2015 году физическим лицам было выдано кредитов на сумму 5,9 трлн руб. Почти каждая семья сталкивается с необходимостью взять кредит на те или иные нужды – от незначительных, таких как покупка стиральной машины или холодильника, до вполне существенных – например, приобретение автомобиля или квартиры.

Вместе с тем количество разводов в нашей стране, по статистике Росстата, последние пять лет колеблется от 640 тыс. до 700 тыс. в год. Так, в 2015 году на 1 тыс. браков пришлось около 750 разводов.

И, если брачный договор между супругами не был заключен, долги по кредитам приходится делить пополам, даже если деньги в банке брал лишь один из супругов, – ведь, по общему правилу, такой долг считается общим (п. 1 ст. 39, п. 2 ст. 45 Семейного кодекса РФ).

Главное, чтобы деньги были потрачены на семейные нужды.

Но кто должен доказать, на что ушел взятый в банке кредит и всегда ли такой долг будет совместным? ВС РФ дал свой ответ на этот вопрос.

Суть спора

Со 2 сентября 2000 года по 1 марта 2013 года Е. и О. состояли в браке, отношения в котором были фактически прекращены еще в декабре 2012 года. В период брака они приобрели имущество, в том числе мебель и бытовую технику. А 15 октября 2011 года и 3 сентября 2012 года Е. взял на нужды семьи, кредит и займ, соответственно.

В каких случаях требуется нотариально удостоверенное согласие супруга на получение кредита, узнайте в материале “Согласие супруга на получение кредита” в “Энциклопедии решений. Договоры и иные сделки” интернет-версии системы ГАРАНТ. Получите бесплатный доступ на 3 дня!

Получить доступ

Мужчина был убежден, что приобретенное в период брака имущество является совместно нажитым, а долг по кредитному договору и договору займа – общим обязательством, и потому обратился в суд с иском к бывшей супруге.

Он попросил суд произвести раздел имущества и взыскать с О.

компенсацию стоимости половины доли, а также распределить долг по кредитному договору и договору займа в равных долях, взыскав с нее денежные средства в размере половины доли от уже выплаченного им долга после прекращения семейных отношений.

Женщина не могла оставить подобное требование без внимания и подала встречный иск. Ответчица считала, что долг по заключенным Е. договорам кредита и займа никак не может быть общим, ведь она не давала своего согласия на их заключение и не знала о совершении супругом этих сделок.

Она также ссылалась на то, что Е. скрыл иное нажитое в браке имущество, в том числе мебель, бытовую технику и автомобиль, стоимость которого, по ее мнению, должна быть учтена при разделе имущества.

Кроме того, она просила взыскать с бывшего мужа компенсацию стоимости ее доли в этом имуществе и указала, что в период брака 8 ноября 2011 года взяла на нужды семьи кредит, долг по которому также должен быть признан общим обязательством и, следовательно, распределен в равных долях.

Половину денежных средств, что она уже выплатила в счет погашения долга самостоятельно после прекращения семейных отношений, О. просила взыскать с Е.

КРАТКО

Реквизиты решения: Определение СК по гражданским делам ВС РФ от 22 декабря 2015 г. № 16-КГ15-35.

Требования заявителя: Отменить апелляционное определение, которым долг истца по кредиту был признан общим, поскольку бывшая супруга (ответчик) не смогла доказать, что взятые им денежные средства были использованы не на нужды семьи.

Суд решил: Апелляционное определение в части признания долга общим отменить, так как доказать использование кредита в интересах семьи обязан тот, кто требует распределения долга (то есть истец).

Позиция судов

Суд первой инстанции (решение Калачевского районного суда Волгоградской области от 11 февраля 2015 г.) частично удовлетворил первоначальные и встречные исковые требования.

В частности, совместно нажитое имущества супругов было разделено, а за имущество, утраченное Е., О. получила право на денежную компенсацию. Кроме того, долг ответчицы по кредитному договору от 8 ноября 2011 года суд признал общим обязательством супругов и распределил между ними в равных долях, с Е. в пользу О.

была взыскана компенсация произведенных ею по договору платежей за период с декабря 2012 года по август 2013 года. А вот долг по заключенным Е. договорам суд общим обязательством супругов не признал, исходя из того, что истец не доказал использование полученных денежных средств на нужды семьи (ст. 56 ГПК РФ, ст.

34, 38, 39, 45 Семейного кодекса РФ).

Тем не менее, апелляция отменила решение суда первой инстанции в части отказа в удовлетворении требований Е. о признании долга общим (определение судебной коллегии по гражданским делам Волгоградского областного суда от 20 мая 2015 г.). В этой части суд принял новое решение, которым требования Е. были удовлетворены частично.

Суд отметил, что нормами семейного законодательства установлена презумпция возникновения денежных обязательств в период брака в интересах семьи, а, значит, обязанность доказать обратное возложена на О., поскольку именно она данное обстоятельство оспаривает.

И так как она никаких доказательств не представила, апелляция пришла к выводу о том, что обязательство является общим. В результате долг Е. по кредитному договору и договору займа был распределен между супругами в равных долях, а с О. в пользу Е.

была взыскана компенсация произведенных супругом платежей за период с декабря 2012 года по сентябрь 2014 года.

Позиция ВС РФ

О. сочла, что вынесенный вердикт нарушает ее права, и направила кассационную жалобу в ВС РФ с просьбой отменить вынесенное определение. И Суд с позицией нижестоящего суда не согласился.

ВС РФ напомнил, что при разделе общего имущества супругов и определении долей в этом имуществе доли супругов признаются равными, если иное не предусмотрено брачным договором (п. 1 ст. 39 Семейного кодекса РФ). При этом общие долги супругов распределяются между ними пропорционально присужденным долям (п. 3 ст. 39 Семейного кодекса РФ).

Вместе с тем в законодательстве установлена презумпция согласия супруга на действия другого супруга по распоряжению общим имуществом (п. 2 ст. 35 Семейного кодекса РФ, п. 2 ст. 253 ГК РФ).

Однако Суд отметил, что положения о том, что такое согласие предполагается и в том случае, когда у одного из супругов возникают долговые обязательства перед третьими лицами, действующее законодательство не содержит.

Напротив, по таким обязательствам взыскание может быть обращено лишь на имущество этого супруга (п. 1 ст. 45 Семейного кодекса РФ). А следовательно, допускается существование у каждого из супругов собственных обязательств.

При этом не стоит забывать о том, что обязательство не создает обязанностей для иных лиц, не участвующих в нем в качестве сторон, то есть для третьих лиц (п. 3 ст. 308 ГК РФ).

При заключении одним из супругов договора займа или совершения иной сделки, связанной с возникновением долга, такой долг может быть признан общим только лишь при использовании денежных средств на нужды семьи (п. 2 ст. 45 Семейного кодекса РФ). ВС РФ также подчеркнул, что бремя доказывания этого обстоятельства лежит не на О., а на той стороне, которая претендует на распределение долга, то есть на Е.

Следовательно, для распределения долга в соответствии с п. 3 ст. 39 Семейного кодекса РФ обязательство должно:

  • либо быть общим, то есть возникшим по инициативе обоих супругов в интересах семьи;
  • либо являться обязательством одного из супругов, по которому все полученное было использовано на нужды семьи.

В связи с этим в качестве юридически значимого обстоятельства по этому делу ВС РФ указал выяснение вопроса о том, были ли денежные средства, полученные Е. по кредитному договору и договору займа, потрачены на нужды семьи (ч. 2 ст. 56 ГПК РФ). Однако суд апелляционной инстанции оставил это обстоятельство без правовой оценки.

С учетом того, что Е. является заемщиком денежных средств, то именно он должен был доказать, что все полученное было использовано им на нужды семьи. Поэтому Суд счел, что возложение судом апелляционной инстанции на О. бремени доказывания факта использования этих средств супругом на иные цели, нежели семейные нужды, противоречит требованиям действующего законодательства.

Допущенные судом апелляционной инстанции нарушения были признаны ВС РФ существенными, поскольку они повлияли на исход дела. В связи с этим апелляционное определение в части отмены решения суда первой инстанции об отказе в удовлетворении иска Е. о признании долговых обязательств общими и принятия в указанной части нового решения было отменено.

Источник: http://www.garant.ru/article/702397/

Верховный суд взял и поделил долги супругов

Брал кредиты на нужды семьи, а супруга с детьми ушла

На днях Верховный суд опубликовал обзор судебной практики за первый квартал 2016 года, датированный 13 апреля.

Из обзора следует, что при заключении одним из супругов договора займа (в том числе кредитного договора) долг по займу может быть признан общим лишь в случае, если он брался на семейные нужды.

Иными словами, супруги не обязаны вместе платить по кредиту, взятому кем-то одним из них.

Пусть голова болит у банка

Суд ссылается на Семейный кодекс, согласно которому кредит может быть признан общим, если полученные деньги были направлены на нужды всей семьи.

Доказывать, что в гоночном автомобиле, который купил муж, или в шубе, которую приобрела жена, остро нуждалась семья, теперь придётся банку,  выдавшему под эту покупку кредит, а не самому «должнику поневоле».

До сих пор считалось, что если кредит берёт один из супругов, то он — на семейные нужды, и в случае невозврата  денег банк мог требовать их и с мужа, и с жены. Теперь эта презумпция, по сути, отменяется.

По мнению профессора, доктора юридических наук, заслуженного юриста России Ивана Соловьёва, в результате данного нововведения кредитным организациям придётся демонстрировать весьма избирательный подход при выдаче кредита без согласия супруга, что, бесспорно, увеличит кредитные риски. Что касается самих граждан, то теперь одному из супругов будет значительно сложнее скрыть факт получения кредита, а также попытаться переложить часть обязательств при разводе и разделе имущества на другого.

Сергей Литвиненко, адвокат компании «Деловой фарватер», эксперт правового центра «Общественная Дума», говоря о данном постановлении Верховного суда, отметил, что оно обусловлено действующими нормами семейного и гражданского законодательства.

Они сейчас дают гражданам право не платить по долгам супруга, но в то же время трактуются судами и банками так, что именно граждане должны доказывать, что кредит брался не для семейных нужд. «Этот факт сложно доказать, поэтому стали учащаться случаи, когда гражданам приходится расплачиваться по долгам своих экс-супругов. Это нарушает их права и интересы.

Для решения этой проблемы Верховный суд РФ пересмотрел подход к трактованию действующих норм законодательства, переложив бремя доказывания с граждан на кредиторов», — пояснил он.

Сергей Литвиненко убеждён: данное изменение положительно скажется на заёмщиках и отрицательно на банках — им станет сложнее взыскивать долги, что увеличит их расходы и размер просроченной и безнадёжной задолженности.

Следствием решения Верховного суда, по мнению эксперта, станет и то, что  банки ужесточат свои требования к заёмщикам, будут требовать письменного согласия на кредит от второго супруга. При отсутствии такого согласия заёмщику, вероятнее всего, откажут в кредите, если у него не будет хорошего обеспечения или высокого дохода. В основном это коснется автокредитов и необеспеченных кредитов.

Денежно-кредитная система может забуксовать

Заместитель председателя Комитета Госдумы по экономической политике, инновационному развитию и предпринимательству Николай Арефьев затруднился однозначно оценить новую норму Верховного суда, но также обратил внимание на то, что банки вследствие этого положения вообще могут прекратить выдачу кредитов.

«Если это положение как пушечный выстрел прозвучит по стране, в первую очередь отреагируют банки. Они тут же поймут, что рисковые кредиты выдавать не стоит, поэтому денежно-кредитная система на какое-то время остановится.

По мнению депутата, необходимо разработать дополнительно целый ряд нормативных актов, детализировать все эти вопросы, чтобы пострадавших не было ни с какой стороны.

Первый заместитель председателя Комитета Госдумы по жилищной политике и жилищно-коммунальному хозяйству Елена Николаева высказалась в пользу  данного нововведения, назвав положение о том, что кто брал кредит, тот и должен его выплачивать, абсолютно правильным и защищающим права конкретных граждан, которые не должны быть заложниками ситуации.

«Мы часто видим ситуации, когда один из супругов, чаще всего муж, набирает кредитов, не уведомляя жену. В результате при разводе выясняется, что жена должна будет выплачивать долю от этих долгов, из-за чего попадает в тяжелейшую  финансовую ситуацию. Разобраться в этих спорах специалистам, адвокатам подчас бывает очень сложно», — отметила она.

Изменения в процедуре выдачи кредитов при этом её не пугают. «Думаю, требования банков при выдаче кредитов будут меняться, но это нормально — в семье каждый из супругов должен знать про кредит», — пояснила Елена Николаева.

Источник: https://www.pnp.ru/social/2016/04/20/verkhovnyy-sud-vzyal-i-podelil-dolgi-suprugov.html

Верховный суд разъяснил, как делить кредиты после развода

Брал кредиты на нужды семьи, а супруга с детьми ушла

В обзоре Верховного суда появилось очень показательное решение Судебной коллегии по гражданским делам. Верховный суд пересмотрел дело о дележе при разводе совместно нажитого имущества. Речь идет о кредитах супругов. Делятся ли они после развода?

е решение на самом деле было принято несколько месяцев назад и опубликовано “Российской газетой” 16 февраля 2016 года.

Деталей и нюансов при любом разводе такое множество, что каждый раз подобные дела требуют от судей самого серьезного внимания. Вот и на этот раз главной проблемой оказались взятые до развода одним из супругов кредиты.

ВС запретил банкам передавать коллекторам данные по кредитам должников

Трудно сейчас найти семью, в которой нет хотя бы одного кредита, поэтому вопрос дележа занятых сумм волнует многих. Тем более что некоторые браки живут меньше, чем тянутся сроки выплат по кредитам.

Итак, некий гражданин обратился в волгоградский суд с иском к своей уже бывшей жене. Просил разделить совместно нажитое имущество, включая долги по кредитам.

Брак между ними просуществовал 13 лет. Кредитов было два: один взят в 2011 году, второй – через год. Истец просил все пополам: и нажитое добро, и долги по кредитам.

Экс-супруга ответила встречным иском, где написала о том, что часть добра, включая автомобиль, бывший скрыл, а делить надо все, что есть.

Но главное то, что гражданка была против деления двух кредитов, заявляя, что она в период брака о них ничего не знала и не давала согласия на заключение этих кредитных договоров. Районный суд первый кредит признал общим.

Областной суд не согласился и признал общими оба кредита. Бывшая жена обратилась в Верховный суд, не соглашаясь с таким разделом незнакомых ей кредитов.

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного суда стала разбираться в этом деле.

Банки отказались от выдачи ипотеки без первоначального взноса

Выяснилось следующее: кредит 2011 года был получен на неотложные нужды, и поручителем там выступил некий мужчина. Он же и еще один гражданин стали поручителями и по кредиту следующего года. Семейная лодка разбилась о быт, и отношения между супругами прекратились в 2012 году. Официальный развод – весна 2013 года.

Районный суд, рассматривая это дело, сказал, что по Семейному и Гражданскому процессуальному кодексам бывший муж не смог доказать, что деньги от одного из кредитов были использованы на нужды семьи.

Апелляция, руководствуясь теми же статьями, объявила, что “возникновение денежных обязательств в период брака в интересах семьи” должна доказывать жена. А она это сделать не смогла.

Значит, долг – общее обязательство супругов.

Верховный суд в своем заключении подчеркнул: общие долги супругов при разделе общего имущества распределяются между ними пропорционально присужденным им долям.

А кроме этого, Семейным и Гражданским кодексами (статьи 35 и 253) установлена презумпция согласия супруга на действия другого по распоряжению общим имуществом.

Но положение о том, что такое согласие предполагается и в том случае, если у одного из супругов появились долговые обязательства перед третьими лицами, наше действующее законодательство не содержит.

Более того, в Семейном кодексе есть статья 45, которая прямо предусматривает, что по обязательствам одного из супругов взыскание может быть только на имущество этого супруга. То есть брать долги мужа можно только из имущества, принадлежавшего именно ему.

По нашему законодательству в браке допускается существование у каждого из супругов собственных обязательств. Так, согласно 308-й статье Гражданского кодекса обязательство не создает обязанностей для “иных лиц”, то есть для людей, не участвующих в деле в качестве сторон.

Ученые назвали главную причину супружеских разводов

Следовательно, делает вывод Верховный суд, в случае заключения одним из супругов договора займа или какой-либо другой сделки, связанной с появлением долга, такой долг можно признать общим при некоторых условиях.

Эти условия, точнее, обстоятельства, перечислены в статье 45 Семейного кодекса. Судя по этой статье, бремя доказывания, что деньги ушли исключительно на нужды семьи, лежит на стороне, которая претендует на распределение долга.

По статье 39 того же Семейного кодекса обязательство мужа и жены будет общим, если возникло по инициативе обоих супругов или действительно было обязательством одного из них, но все полученное было потрачено на нужды семьи.

Как сказал Верховный суд, юридически значимым в этом деле является выяснение вопроса, были ли потрачены полученные мужем деньги на нужды семьи. А в нашем случае апелляционная инстанция выяснением этого вопроса даже заморачиваться не стала.

Учитывая, что бывший муж является заемщиком, – сказала Судебная коллегия по гражданским делам ВС, именно он должен доказывать, что все полученные им деньги ушли на нужды семьи.

А заявление апелляции, что это должна доказывать жена, сказал Верховный суд, противоречит требованиям нашего законодательства.

В итоге Верховный суд отменил и решение второй инстанции в полном объеме, и решение районного суда, который присудил выплачивать жене половину долгов бывшего только по первому кредиту. Так что кредиты, взятые еще законным мужем, останутся его проблемой, если он не докажет, что деньги ушли на семью.

Источник: https://rg.ru/2016/04/20/verhovnyj-sud-raziasnil-kak-delit-kredity-posle-razvoda.html

Ваши права
Добавить комментарий